Но это ещё не очень взрослое дерево.
У нас в окрестностях много гораздо более взрослых, потому что усадьбы.
А я тут катанулась в парк усадьбы "Беззаботное" в Горбунках.
Недалеко, но я все время опасалась, что ехать по трассе, я трасс боюсь и просто не люблю, хоть регулярно приходится преодолевать какие-то отрезки, ввиду отсутствия других путей до нужного места.
А там оказалось, что за последние годы сделали прекрасную пешеходную дорожку вдоль трассы. И люди ходят, и на велике отлично, и через кад мост с дорожкой (есть развязки када, которые преодолеваешь просто с риском для жизни, они непроходимые от слова совсем , под ними не пройти, по ним - тем более, но это типа "городской стены", видимо, так и было задумано).
И короче. Доехала прекрасно.
Цивильную часть усадебного парка, где эстетично, оборудованы пруды для вида спорта, о котором я даже не слыхивала - местные объяснили, что и соревнования тут проходят.
Блин, где-записала название, найти не могу.
Короче, на сапах, что-ли, в волейбол играют, типа того.
Ну и вот. Осмотрела я цивильную часть парка, где с колясками гуляют и пожилые парочки.
Сфоткала пасущихся уточек по привычке.
Но я ж старые карты изучала, я знаю, что ЭТО НЕ ВСЁ.
Что усадебный парк гораздо больше был.
И мне всенепременно надо изучить его весь.
Там могут быть интересные руины.
И вообще, чтоб мне во что-то не влипнуть - так неинтересно, шепнул мне какой-то атавистический участок мозга.
Через дорогу парк продолжался.
Как раз, как по картам.
"Ага", сказала я себе.
По виду он был очень диким, но это меня вообще ни разу не смутило.
Проехала в поисках входа.
У входа приветливо стояли три засохших трупа борщевика, высотой в два роста человека.
Заехала по дорожке, которая становилась все у́же и превратилась в тропу.
Выехала на поле и колею, по которой даже пешком едва проберешься.
На поле росли кабачки, и прохаживалась басурманка, недалеко сидели под тэнтом ее братья.
Басурманка едва понимала русский, но все ж смогла объяснить, что дальше выезда нет.
Окей.
Иду обратно в непролазную чашу по тропе, коня веду рядом, потому что ехать нереально.
Иду, вернее, уже лезу, на свет.
Уже просто выбраться задача.
Свет оказался выкошеной поляной борщевика.
Иду вдоль нее, смотрю под ноги, великом отодвигаю траву по краю узкой тропы, потому что борщевик среди нее - везде, маленький, но настырный.
Иду, уже вижу сквозь деревья дорогу, и выхожу ...к речке! Через которую перекинута хлипкая полуутопленная доска! Может, когда-то по ней и можно было перебраться - но сейчас и пешком нереально, не то что с велом.
Твою ж дивизию! Дорога - вот она, а не выбраться!
"Русский, сдавайся - русские не сдаются!"
Уже в ход пошло: "Господи, помоги!"
Пру обратно по тропе между борщевика.
Аккуратно, как на минном поле.
Иду в сторону въезда, и, наконец, выхожу к тем засохшим трёхметровым трупам.
О Майн Год! Спасибо, небеса!
Доезжаю до цивильной части парка, из бутылки промываю водой те места, где на ногах зуд (потом оказалось - комар укусил, но на тот момент надо было подстраховаться).
При выходе из парка стоит офигенный даже при моей насмотренности дуб, обнимала его и просила у него сил я долго
Он очень взрослый, лет 400 навскидку, но при этом красивый и могучий.
Вышла на дорогу, взяла в кофейне кофе, села на ступеньки четырехэтажки перекусить.
Видуха у меня была, видимо, такая о@уевшая, что проходившая мимо женщина остановилась и наклонилась участливо: "Вам помочь, вы упали?" - я такая: "нет нет, все хорошо, спасибо

"
Но сказать, что была огорчена или недовольна - нееееет, я была очень довольна.
До сих пор вспоминаю с теплым чувством.
