если грустно (продолжение)

[СТ]

Доброе утро!
кофе, бутер, все дела.
На улице как началось вчера, так и продолжает. Давно такого не видела, хотя снегопады у нас с периодичностью раз год минимум случаются.

Тройной откоп машин от СТ за короткий срок.

охъ, буду! но у меня еще норм, а те, кто не откапывал с 7 января - от там весело...

предыдущее здесь - /viewtopic.php?f=134&t=77498

Для благодарности за Таро: обращаемся в ЛС к монро

[monroe]

ща я как поем, как духом воспряну

[СТ]

а вот (как всегда вовремя) Мараховский подкинул ответ на вопросы.
Это про "кто кого и как критикует"

Спойлер

Враг в шкуре дружеской критики неотвратимо разоблачает себя

Воскресенье, ув. друзья. В студии ув. Собеседник Вечности Алексей Буланенко с крайне практичным вопросом о том, кого слушать.

«Виктор Григорьевич, здравствуйте!

Хотел бы задать Вам вопрос о правильной критике: как поправлять других, чтобы они поправлялись, и как отличать самому полезные правки от очередных выражений мнений?

Имея пусть и небольшой, но опыт и редактуры, и преподавания, могу сказать, что так толком этому ремеслу и не научился. И если что и работает, то только в рамках личных отношений».

Начать следует с маленького признания. В этом году исполняется тридцать лет со дня, когда автор этих взволнованных строк впервые зашёл в интернет, и двадцать лет со дня, когда завёл первый аккаунт в соцсетях. Так вот: я, ув. друзья, за эти десятилетия не написал и дюжины комментариев к чужим постам, и те были обыкновенно по просьбам самих ув. топикстартеров. Что касается написанных по собственной воле, — то таких я не могу припомнить больше одного (юный я как-то на заре нулевых задал вопрос хозяину форума, название которого стёрлось из памяти, и счёл опыт не стоившим того). Память, конечно, штука коварная: мы непрерывно пересочиняем прошлое в свою пользу. Но по меньшей мере в той версии мировой истории, что имеется у меня сейчас, моя личная Великая Книга Каментов чиста.

Ни в коем случае не пытаюсь предложить ув. друзьям этот подход в качестве универсального, но его тем не менее стоит объяснить.

Легендарная шутка «Ложись спать — Подожди, в интернете кто-то неправ!», родившаяся, вероятно, ещё до эпохи интернетов, когда среди папоротников бродили гигантские фидошники, иллюстрирует самым наилучшим образом взаимоотношения трёх сущностей — человека, его времени и чужих ошибок.

На данном проекте неоднократно утверждался (и иллюстрировался разными примерами) тезис о том, что мы, люди, по своей природе довольно наркозависимы. В том смысле, что нам дай чем-нибудь упороться.

Это касается и буквального стремления хомо сапиенсов к веществам: одно время мне довелось увлекаться коллекционированием сведений о разного рода традиционных энтеогенах/релаксантах/делириантах/стимуляторах разных народов. Так вот, если о каких-нибудь племенах утверждается, что они ничего такого не используют — то мы можем быть почти уверены: либо автор работы обладает устаревшими сведениями, либо по какой-то своей причине решил не признавать местное общеупотребительное вещество за таковое (типичный пример: мы можем встретить в интернетах утверждение, что ничем не упарываются австралийские аборигены. Сами они на этом месте на минутку перестают жевать питури и с интересом смотрят на нас). Азиаты жуют бетель, индейцы жуют коку, арабы жуют кат, островитяне жуют лиану, эскимосы жуют грибы, все пытаются каким-нибудь образом доставить в организм что-нибудь, изменяющее повседневное тиканье сознания или хотя бы помогающее скоротать утомительное время от рассвета до заката.

Но человек — это не просто животное в поисках растительных либо животных субстанций. Человек — сам себе лаборатория Хайзенберга, и при должной сноровке умеет упарываться вовсе без каких-то там внешних подгонов. У нас есть ненулевые основания полагать, что аутоэротическая асфиксия, школьный «собачий кайф» и экстазы индусских йогинов находятся друг с другом, как это ни обидно прозвучит, в механическом родстве. Мне доводилось читать (выяснив, что собственные мои ув. предки принадлежали, судя по всему, в конце XIX века к секте хлыстов) описание радения соответствующего культа, так вот, центральным событием в жизни хлыстов, этих знаменитых трезвенников, было набиться в огромном количестве в большую душную избу и устроить там что-то вроде скачек зикром по кругу до изнеможения и наступления кислородного голодания в мозгах, отчего жизнь их теряла обыденность.

Возможно, поэтому в древности — и вообще до наступления официального всемирного господства «рациональной религии» — распространителей нелицензированных веществ всюду власти преследовали и близко не так сильно, как распространителей нелицензированных экстазов, вызываемых ритуалами.

Это говорит нам о том, что в некотором смысле человек всегда пытается избавиться от собственного «чувства времени»: он либо норовит убить бессобытийное утомительное Сейчас, либо похоронить язвящее его болезненное Вчера, либо заставить умолкнуть тревожащее Завтра.

Это вряд ли похвальное стремление (время, сказать по правде — это единственный наш настоящий капитал, и нет для нас ничего более ценного и невосполнимого, и борьба с ним носит признаки лёгкого суицида) — но в стремлении потратить его у нас постоянно возникают весьма коварные союзники, всегда готовые обменять бесценные часы нашей жизни на экстазы разного цвета, эффекта и веса.

Так вот: есть безусловные основания полагать, что т.н. срачи в сетях — и их непосредственный предшественник, я имею в виду обсервацию наркоманов и проституток пенсионерками у подъезда под пылесосинг собственных родных и близких — по своей сути представляют один из таких «эндогенных» способов упороться и наварить себе во внутренней лаборатории соответствующих веществ.

Указать «неправому в интернете» на его ошибки значит обменять некоторое количество своих золотых минут или часов на довольно предосудительные формы торжества.

Проблема в том, что такие занятия вытягивают время не только у тех наших ув. современников, у кого оно дешёвое и имеет мало перспектив подорожать — но также и у тех, чьё время могло бы стать сильно дороже и востребованней, будь их Сейчас инвестировано в Завтра, а не прогуляно и разменяно на мелкие эфемерные триумфы.

В свете этого последнего соображения автор, надо сказать, со временем почти перестал даже заходить в комментарии под собственными постами (там, где комментарии ещё существуют): там всегда можно наткнуться на Болезненную, Но Справедливую Критику и вовлечься в заведомо неравноценный обмен своего тайм-золота на чужой пирит.

Если угодно, то финальной формулой о том, почему не следует ни самому исправлять кого-либо публично, ни интересоваться публичной критикой от энтузиастов, может служить следующая:

- Центральный вопрос — «на что мы обмениваем своё время». Если на то, чтобы исправить кого-то, кто нам не нравится — то нас должна удерживать от подобного самопожертвования здоровая жадность и память о тех, кто больше заслуживает нашего внимания. Если на то, чтобы исправить кого-то, кто нам нравится — то это учтивей сделать в частном порядке. Если на то, чтобы защищаться от публичных нападений — то здоровая жадность должна удерживать нас от доставления удовольствия нападающим. Эрго, стоит попросту не являться туда, где на нас могут напрыгнуть со стулом критики.

Оптимальными формами обратной связи с ув. человечеством, таким образом, представляются две: непосредственная востребованность того, что мы делаем, и неспешное размеренное чтение корреспонденции.

Для того, чтобы сесть и написать письмо — нашему ув. современнику необходимо приложить некоторое усилие и преодолеть некоторый «порог Зачем». Как показывает её величество Практика, преодоление данного порога отфильтровывает 99% интенций на что-то кому-то указать — и оставляет лишь замечания действительно мотивированные (в этом смысле упрощение доступа граждан планеты друг к другу на предмет «покрыть шоколадом и глазурью» поистине было дьявольским изобретением).

После того, как мы перешли со срачей на корреспонденцию, в дело вступает второй великий фильтр: учтивость.

И здесь следует сделать огромной важности замечание.

А именно. Ув. современник, желающий нам зла — никогда-преникогда не бывает в состоянии это скрыть. Даже ув. современники, успешно скрывающие истинные свои намерения от себя самих («я просто хочу помочь и сделать так, чтоб вы больше не писали/делали/думали ошибочных вещей!») не могут скрыть их, однако, от великого и могучего русского языка.

Они непременно вставят в свою коррекцию-поправку-уточнение какую-нибудь формулу, иерархически располагающую их над нами.

Я знаю истину — вы нет.

Я учитель — вы лоботряс.

Я мудрый доброжелатель — а вы нерадивый дятел.

Я на прямой связи с фактами — а вы искривлены, позвольте вас выпрямить.

Так вот: ЕСЛИ мы натыкаемся на любую ключ-формулу этого рода, не важно каким количеством вежливых подарочных опилок обложенную — мы можем смело бросать всё замечание в мусорный пакет. Места для сомнений нет — ибо не может худое дерево порождать плоды добрые, и тот, кто пришёл за наш счёт наварить себе немного внутренних нейромедиаторов, попросту не может принести добрый совет.

Это не значит, что у врагов и недоброжелателей нечему учиться. Если рассматривать их «критику» в качестве гормезиса, то она обучает нас привычке снижать уязвимость того, что мы делаем (на данном проекте неоднократно звучал совет «перед тем, как выпустить что-то в свет, просмотреть это что-то глазами своего злейшего зоила»).

Но есть разница между гормезисом и мазохизмом. Никто не обрёл духовного величия, будучи куколдом и наблюдая из углового кресла, как кто-то глумится над его ценностью.

...Разобравшись таким образом со стихийной критикой — перейдём к критике институированной. То есть реально учительско-ученической, реально коллегиальной и пр.

Здесь следует ещё раз процитировать ув. Собеседника. Ув. Алексей пишет:

«И если что и работает, то только в рамках личных отношений».

Я дико извиняюсь, но всё уже сказано два тысячелетия назад: «Если же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобою и им одним; если послушает тебя, то приобрел ты брата твоего».

Всякая критика здорового человека требует глубокого доверия между критикующим и критикуемым. У автора этих взволнованных строк, слава Богу, имеется пара-тройка ув. коллег, в отношениях с которыми ни у одной из сторон нет ни тени сомнения относительно благожелательности. Каждая сторона твёрдо знает, что представляет для второй стороны несомненную ценность — и поэтому всякая коррекция и замечание, исходящие от неё, служат защите и сбережению этой ценности (в этом, собственно, и состоит истинная дружба: мы взаимно служим для настоящих друзей алмазами на чёрном бархате жизни). Коррекции в этом смысле представляют собой деликатное избавление алмаза от пыли.

Поэтому в замечаниях ув. коллег, которым я доверяю, я никогда (!) не встречаю упомянутых формул-ключей доминирования — и никогда, надеюсь, ничего подобного от меня не встречают они. Друг не стремится сделать символическую садку на друга, он совершенно чужд всякого стремления забраться повыше и с этой высоты сделать элбоу-дроп на него.

Когда автору приходилось быть начальником (среднего звена, то есть «особо угнетаемым подчинённым, отвечающим за результаты деятельности коллег, но не владеющим ни поощрением, ни наказанием»), то автор, конечно же, прошёл все грабли ошибок. Лично моим демоном была внутренняя убеждённость, что ув. сотрудники, после всех объяснений и исправлений их работ продолжавшие косячить и халтурить как ни в чём не бывало — делают это специально для того, чтобы оскорбить лично меня.

С годами я стал мудрей и осознал, что зря пытался поместить себя в центр их вселенных. Им было попросту наплевать: начальник (тем более среднего звена) воспринимался ими как стоическая кочка на пути к очередному финишу; как препятствие, которое следовало терпеть и по возможности игнорировать — а если не удавалось, то они писали прочувствованные кляузы настоящему начальству (и должен сказать, что в этих кляузах они проявляли возмутительно большие креатив и мотивированность, чем в работе).

Поэтому под конец своей институциональной карьеры я попросту перестал вступать с жестоковыйными ув. сотрудниками в какие-либо критические интеракции. И либо переделывал их работу в соответствии со своими представлениями о прекрасном (в моём случае имелся простой козырь: тексты после моей правки набирали сотни тысяч и иногда миллионы просмотров, успех не бывает судим), либо отвергал работы в целом, либо избавлялся от самих ув. сотрудников.

Так продолжалось до тех пор, покуда я сохранял веру в то, что высокая результативность вверенного мне участка работ приведёт меня лично к карьерным результатам. Когда же я осознал, что карьеры в нашем мире ходят зачастую совсем другими путями — я встал перед выбором «забей или уйди» и выбрал последнее.

Наша критика и наши замечания — это тоже ценность (и это огромный труд, если они добросовестны). Их нужно беречь для тех, кому мы на самом деле благоволим и кто достоин нашей товарищеской помощи — и нефиг тратить её на безрезультатные объекты.

Суммируем
1) Непрошеная публичная критика не нужна — если только речь не идёт, конечно, о критике деяний, в свою очередь без спросу касающихся нас.

2) Непрошеная публичная критика от других не нужна — по-настоящему благожелательный другой найдёт способ донести её лично.

3) Личная критика приемлема либо при условии категорического взаимного доверия и благожелательности, либо в качестве гормезиса (т.е. закалки: обучающего и укрепляющего стресса).

4) Отличить благожелательную критику от критики курильщика очень легко: последняя всегда включает элемент доминирования.

Всё. (с)

[iriss]

Доброе утро, пока протеиновый коктейль и на работу.

[veravelios]

Доброе! Кофе и на прогулку с собакой.

[СТ]

Доброе утро)
о да, кофе-кофе.
У нас жара-жара (будет, пока норм).

[monroe]

Укатали сивку крутые горки жара, транспорт и разговоры с сумашедшими

[monroe]

новое число в мире денег

пиздиллион

[СТ]

новое число в мире денег

это не только число, но и способ получения - одновременно!

[veravelios]

Чашечку эспрессо и погнали)

[monroe]

Чашечку эспрессо и погнали)

и сыр
пожрать чё-нить надо

пытаюсь выкинуть из головы токсичную тётку, грамотно самоутвердившуюся за мой счёт, прям восхищена, как она сие провернула
хочу этот кофе выпить и забыть

[СТ]

ну что ж, пришла домой - хочется есть и лениться))
Что и буду делать)

[veravelios]

А я домой только в 12 попаду. Дождь идёт, клиенты сидят. Новые не придут , но и эти не уйдут пока дождь не перестанет

[rimi]

Пришло приглашение поучаствовать в тендере по одному объекту , который устраивает Таллиннские власти. Ознакомились с шаблоном договора и восхитились . Ко всем милым условиям , которые предусматривает этот договор для подрядчика , не хватает для комплекта пункта - в случае нарушения пунктов таких-то подрядчика надо пороть на конюшнях.
ну хоть немного развлеклись